Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Рабочее

Про мошенников и людей

Поскольку у нас до сих пор есть городской телефон, по нему моей маме регулярно звонят разные мошенники. Нет, они звонят не только моей маме, конечно, но остальное не так интересно. Ну, например, пару недель назад во второй половине дня в воскресенье звонили якобы из Сбербанка, что надо срочно продиктовать все реквизиты карты с обеих сторон для выплат детям войны. Мама сообщила, что завтра зайдёт в отделение и всё узнает, на это, разумеется, было сказано, что надо срочно и завтра будет поздно. Или вот вчера обещали, что в рамках социальной программы по медицинскому обслуживанию населения по подъезду будет ходить кардиолог совершенно бесплатно. Мама с соседкой (соседке тоже звонили) даже решили предупредить несчастную, которая уже заплатила 9000 "Мосгазу" :).
А пару дней назад было вообще отлично.
Collapse )
Я в Крыму

Мы нашли Диану!!!

Ура! Юля подтвердила, что найденная собака - Диана! Огромное спасибо полиции, Следственному комитету, журналистам, волонтерам, всем неравнодушным людям, без которых это было бы невозможно!!!
Я в Крыму

"Нюрнберг" (РАМТ)

Смотрели "Нюрнберг" в РАМТе.
...Прошло два года с окончания войны. Уже осуждены основные военные преступники, но идут так называемые "малые процессы", один из которых и разворачивается на наших глазах.
Уже наступил мир и жизнь взяла своё.
Уже распались прежние, хотя бы относительные, союзы, уже видятся новые опасности, уже политики задумываются над новым балансом сил.
И так ли важно в этих условиях, постигнет ли наказание именно этих конкретных судей, приговаривавших невиновных к смерти, тем более - не своей волей, а по приказу сверху, так что и решение-то только озвучивалось, а принималось не в зале заседаний и задолго до суда. Тем более, что кто-то из них причастен не только к неправедным, но и к благим делам. И все они служили своей стране. Да и если судить за то, что видели, но промолчали, так ведь разве не целый мир в тридцатые годы видел, но промолчал.
И кадры из Бухенвальда и Дахау - это только кадры из Бухенвальда и Дахау. Они остаются на экране - или являются в кошмарных снах.
И не важнее ли новый мир расплаты по старым счетам?
Или всё-таки не важнее?..
Каждый из героев - по ту и эту сторону скамьи подсудимых - решает этот вопрос для себя. Каждый принимает своё непростое решение.
Это чрезвычайно своевременный спектакль: будь он поставлен пятью или десятью годами раньше, он не воспринимался бы с такой невыносимой пронзительностью.
Фантастическая постановка, великолепная режиссура, прекрасная актёрская игра - всё это создаёт удивительное ощущение художественного действия невероятной силы. "Нюрнберг" - из тех спектаклей, которые стóит увидеть.
- Я и не думал, что всё так повернётся...
- Всё так повернулось тогда, когда Вы в первый раз приговорили к смерти невиновного.
Улыбаясь

Жизнь как она есть

Около корпуса работают газонокосильщики. Облетают семенами отцветшие одуванчики. В воздухе дивный аромат свежескошенной травы. Над ГЗ - сизые тучи. Холодный ветер.
Стойкое ощущение конца июня...
***
Сессия, дипломы, госы, подготовительная работа под выпуск. Редактор, верстальщица, заказчик. Предстоящая последняя недолгая командировка. Стандарты.
Стойкое ощущение, что я мало что понимаю и ничего не успеваю...
***
Ребёныш сдал первый экзамен в форме ГИА.
Стойкое ощущение, что...
Не знаю...
Я за работой

(no subject)

При входе в автобус у меня пытались вытащить кошелёк. В те несколько секунд, которые ушли на то, чтобы убедиться, что кошелёк по-прежнему в сумке, в голове, сменяя друг друга, пронеслись три мысли:
- если денег нет, то пешком от Юго-Западной до дома, наверное, не меньше получаса;
- в кошельке довольно много денег + только что купленный единый на январь;
- убью!!!
Если бы увидела, кто, возможно, могла бы и ударить.
К их - да и моему, наверное, - счастью, маскируются они профессиональнее, чем воруют.
В сухом остатке - паршивенький осадок и ощущение, что зверь в нас гораздо ближе, чем нам кажется...
Улыбаясь

Про фантастику и Александра Бушкова

Читая сборник ранних повестей Александра Бушкова, поняла, что для меня является главным условием хорошей фантастики. Прежде всего, это стремление создать непротиворечивый особый мир, отличающийся от земного. Именно поэтому я люблю Льюиса, Толкиена, да и Фрая, в конце-то концов. Как только миры смешиваются, возникает ерунда. Бушковская "Анастасия" хороша ровно до тех пор, пока там не появляется десантник-афганец, "Господа альбатросы" как-то нарочито сбиваются с экзотики Вундерланда на банальную пьянку, а "Первая встреча, последняя встреча" с её бомбистами-нигилистами, офицерами царской армии, жандармами и ... инопланетянами, мягко говоря, образует довольно странный и плохо перевариваемый коктейль.
Немного иначе воспринимаются альтернативные исторические реконструкции. Пожалуй, "Примостившийся на стенке гусар" привлекает даже не столько чувством юмора, сколько возможностью помыслить мир, в котором победившая революция и германский нацизм - нереализованные варианты истории, поэтому Гитлер умирает в сорок четвёртом в Вальпараисо, а парализованный Ленин доживает свой семьдесят пятый год в окружении актёров и сценаристов, создающих вокруг него иллюзию победы мировой революции.
И, похоже, одна мысль всё-таки не даёт автору покоя: и в гениальном "Лабиринте", и в замечательном "Как рыцарь средних лет собрался на дракона" говорится о том, как буднично и обыденно бывает то, что молва, легенда или миф назовут подвигом. И правда, никто и никогда не узнает, как всё было на самом деле, потому что даже участник события всегда имеет двести пятьдесят две причины для того, чтобы никогда и никому не рассказать правду. И пусть хочется выть от тоски, но Тезею суждено остаться в веках именно победителем Минотавра, который оказался не чудовищем, а обыкновенным человеком, жертвой, к тому же - безоружным, поэтому его убийство лишено всякого героизма и вообще-то - поступок довольно подлый; а безымянному рыцарю - победителем последнего в Европе дракона, убийство которого напоминает не поединок, а скотобойню, настолько тот беззащитен. Но если попытаться рассказать о том, что было на самом деле, как пытается сделать это рыцарь, возвращающийся из крестового похода, в небольшом рассказе "Домой, где римская дорога", то и это не поможет избавиться от смертной тоски, раз и навсегда завладевающей сердцем того, кто наконец-то понимает, что на самом деле у нас практически никогда нет выбора...
И всё-таки ужасно раздражает, когда в книжке много опечаток...
Улыбаясь

Вечернее

С восторгом, близким к эйфории, хожу по четвергам на занятия со вторым курсом вечёрки :-))).
После десятилетия тотальных недоборов на вечернем нынешний второй курс - 47 человек из 50, нынешний первый - 58 человек (именно набор на вечёрку можно считать абсолютно положительным результатом ЕГЭшной эпопеи этого лета). В вечерние коридоры вернулась интенсивная, массовая, полноценная, звонкая жизнь.
Было время, когда даже мне казалось, что вечернее отделение мы не сможем сохранить. Помню, когда я села в учебную часть, у начальства были идеи отдать 50 мест вечёрки за 10 мест дневного. С присущей мне категоричностью я произнесла банальную фразу про собственный труп. Начальство предпочло меня живую :). Теперь я понимаю, что всё было не зря.
Просто очень радостно :).
Я

Про Газоскрёб

Как известно, я практически не даю ссылок ни на какие акции. Это что-то вроде жизненной позиции, и мы сейчас, наверное, не будем это обсуждать. Но есть вещи, которые всё-таки выводят даже меня из состояния политической пассивности.
Знаете, мне очень грустно смотреть на мой город. Он стал настолько неузнаваемым, что иногда мне кажется, что это я сюда приехала недавно и пытаюсь обжить незнакомое пространство. К сожалению, моему городу уже практически нельзя помочь. Но из нашего новостроечно-перестроенного кошмара так приятно бывает хотя бы на время выбраться куда-нибудь, где всё ещё не затронуто этим строительным бумом совершенно преступного уровня бестолковости.
Так вот: Я НЕ ХОЧУ, чтобы Петербург выглядел вот так:

Поэтому я подписала обращение по ссылке отсюда.
Я

Алексей Слаповский. Пересуд

Пожалуй, из всего, что я читала у Слаповского, этот роман произвёл на меня самое сильное впечатление. В первой своей половине он мне даже очень понравился. Во второй некоторые психологические ходы стали слишком банальными, некоторые политические идеи - слишком тенденциозными, некоторые композиционные приёмы - слишком надуманными. Но в целом хорошо, в том числе и настолько, что я предпочла дочитать до конца, а не писать третий вариант очередной научной хроники для очередного филологического журнала :).
Понравилось, конечно же, прежде всего тем, что - про жизнь. Про обычных людей, в жизни которых хотя и происходят экстремальные события, но которые ведут себя именно и прежде всего как обычные люди. Заложники и террористы не в голливудском антураже, а в окружении бытовой повседневности: побег из "перевозки", потому что не работал замок на дверце, рейсовый междугородный автобус, случайные люди, очень разные и в то же время - человеческой природой своей - очень похожие. И обыватель может стать преступником, и преступник может остаться обывателем, но дело, кажется, не в размытости понятий "преступник" и "преступление", а в человеческой природе. На трёхстах страницах романа на наших глазах происходят постоянные переходы от ненависти к жалости, от героизма к агрессии, от жажды славы к низости. И возникает мысль о том, что книга-то на самом деле - ещё и о том, что каждый из нас уверен, что знает, как бы он поступил в той или иной ситуации, перед лицом угрозы жизни, но на самом деле никто из нас не узнает этого до тех пор, пока - не дай Бог! - это не случается лично с ним.