Квакль-бродякль (kvakl_brodakl) wrote,
Квакль-бродякль
kvakl_brodakl

Category:

32 февраля

Переводя часы на трое суток вперёд, чтобы в окошке календаря получилось первое число, с особенной остротой чувствуешь, как летит время...
***
Что ещё обсуждать в конце месяца? Конечно, дедлайны. С личными у меня на этот раз всё отлично, с административными - как всегда.
Решили с коллегой, что если позвонят, мол, где, главное - очень уверенно сказать:
- Позвольте, но ведь сегодня только двадцать девятое февраля! У меня ещё тридцатое и тридцать первое!
Потом немножко помолчать и добавить:
- Ой, февраль же особенный месяц, ведь там...
И, когда собеседник уже злорадно ухмыляется, уверенно закончить:
- Значит, ещё и тридцать второе!
***

На рассвете ей принилась Старость.
Раньше ей часто грезилась Смерть. Тонкая и прекрасная, она появлялась словно бы ниоткуда, её приход никогда нельзя было предугадать заранее, она возникала сразу вся, наполняя собой всё пространство вокруг, и вела свой завораживающий танец. В этом танце постепенно начинало кружиться всё: одеяло и подушка, кровать и ковёр на полу, сам пол, стены комнаты, входная дверь и окно за занавеской, огромное небо за окном и свет далёких звёзд, каких никогда не увидишь из окна панельной московской девятиэтажки. Этот танец захватывал целиком, погружал в себя, как в бездну, становился единственным смыслом, чувством, ощущением. И постепенно угасала жизнь, ей просто не оставалось места в этом вихре Смерти, подчинившем себе, казалось, самую суть бытия.
Её никогда не пугали такие сны. Она всегда была в них молода и красива, её встреча со Смертью происходила в богатых интерьерах, в гармонии с природой, в величественных декорациях шекспировских трагедий, а если вдруг выпадало банальное окружение, то даже его преображала какая-то удивительная красота. В ней было что-то иномирное. Так всегда и бывает,когда Смерть встречается с Жизнью, и для кого-то открывается Дверь.
Но сегодня на рассвете ей приснилась Старость.
Она была полной противоположностью Смерти. Дряхлая и немощная, с трясущимися руками, шамкая беззубым ртом и шаркая по полу ногами в разношенных тапках, она щурилась из сна наружу, пытаясь разглядеть кого-то в реальности подслеповатыми глазами из-под воспалённых век. Её взгляд никак не мог сфокусироваться - и в этом была надежда, смутная, отчаянная, как бывало в детстве, когда, спрятавшись на последних звуках считалочки, вдруг с ужасом понимаешь, насколько нелепо и неудачно выбрано место, насколько оно отовсюду просматривается, насколько очевидно, что тебя сейчас найдут... уже нашли... о, нет!
Ей мучительно хотелось проснуться - но никак не получалось. Старость была рядом - можно было протянуть руку и дотронуться до неё, было слышно её дыхание - тяжёлое, затруднённое, с каким-то присвистом и скрипом. Ни трогать, ни слушать не хотелось, но против воли рука коснулась косматых седых волос.
Голова медленно повернулась. Глаза наконец-то нашарили её, но в них не мелькнуло ни тени торжества. Так бывает, когда смотрящий точно знает свою силу и власть.
Из полураскрытого рта сначала раздалось что-то среднее между бульканьем и клокотанием и только потом - сипящие зловеще тихие слова:
- Ну, здравствуй...
И тут она проснулась...
Tags: проза
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 46 comments