April 25th, 2020

Я

Тимур Кибиров. Генерал и его семья

Увидела в книжном магазине, купила и прочитала роман Тимура Кибирова "Генерал и его семья".
Автора я, признаюсь честно, знала по некоторым выборочным стихотворениям и по личному знакомству с адресатом "Двадцати сонетов к Саше Запоевой" в пору учёбы адресата на филфаке. Ну да, я могу себе позволить выборочно относиться к современной литературе, но совсем в стороне я не оставляла её никогда :-).
Признаться, роман оказался для меня неожиданностью.
История генерала Василия Ивановича Бочажка, внешне для русской литературы, вроде бы, нетипичного, а внутренне неожиданно и удивительно оказывающегося для неё органичным, пронизана удивительной авторской иронией и одновременно нежностью к своему персонажу. На протяжении всего повествования автор оказывается одновременно и гидом по непростой судьбе героя для читателя, и спутником и соседом героя в его военной биографии, армейских скитаниях и карьерном становлении, так что неожиданно рядом с героем вдруг проступает отец автора и пожелтевшие от времени страницы его курсантских и армейских дневников, а из-за спины Стёпки Бочажка выглядывает и сам автор. Кроме того, роман настолько витиевато интертекстуален, что многие страницы (особенно в первой половине) грозят увести читателя чуть ли не в лабиринт гипертекстовых отсылок, и то, как ловко автор лавирует в этих чужих текстах, конструируя из них свой, захватывающе до восторга.
Мне показалось, что во второй половине (как раз тогда, когда и сам автор начинает вроде бы жаловаться на то, как мучит его книга) эта виртуозность несколько иссякает и чужой текст местами оседает какими-то островами или даже глыбами вне авторского текстового пространства, и это вызывает некоторое разочарование. Как и начинающие нарочито выпячиваться публицистические замечания об многом актуальном, злободневном, больном - но всё же в такой прямой форме инородном романному дискурсу.
И поэтому когда автор оставляет своего героя в классически интертекстуальном открытом финале в ощущении конца времени - но намекает на то, что время только начинается, хочется всё же большего углубления хронотопа, как минимум до катарсиса Пушкина ли, Толстоевского ли. В конце концов, автор сам задал нам эту планку для сравнения :).