August 7th, 2014

Я в Крыму

Прихожу домой с работы, а вся лента - о еде

А я, спрашивается, чем хуже?
Ещё есть про пенсии, но до пенсии я покамест искренне надеюсь не дожить...
Вообще-то я собиралась написать философский текст про выбор...
Но - о еде, значит, о еде.
А вот знаете, какое у меня было самое большое потрясение, связанное с едой и эпохой дефицита?
Не синие курицы весьма странной конституции, не зелёные бананы, которые доходили, завёрнутые в "Правду", на антресолях. Не очереди в дачном магазине, в которых я проводила по полдня, но зато познакомилась там с замечательной Ольгой, с которой мы соседствуем и дружим до сих пор. Не очереди за хлебом в 1991-м. И даже не фотографии моей подруги Сашки, приехавшей из Голландии, на которых был запечатлён ассортимент стандартного магазина сыров: мысль о том, что сортов сыра может быть столько, потом долго не давала мне спать, поскольку я понимала, что то же самое, скорее всего, относится и к колбасе. И даже не любимая история о том, как муж ещё одной моей замечательной подруги Людмилы в 1998-м настоятельно и взволнованно рекомендовал мне закупиться тушёнкой и консервированным лососем.
Это всё ерунда.
А вот однажды зимой то ли 1990-го, то ли 1991-го года мы на факультете получили заказы.
В заказах было мясо.
На четырёх кафедральных профессоров, которым на этот раз полагался заказ, мне - 19-летней лаборантке - был выдан большой цельный кусок замороженного в камень мяса.
И вот сижу я над этим куском и плáчу горькими-горькими слезами, потому что в арсенале у меня из колюще-режущих предметов только довольно тупые канцелярские ножницы, а также булавки цельнометаллические одностержневые, которыми мы объявления к доскам прикрепляли. И потому, что понимаю я, что скоро придут профессора за своими заказами, а справиться с этим куском мяса в плане дележа его на четверых они смогут ещё меньше, чем я.
...А самое забавное заключается в том, что я совершенно не помню, как же закончилась эта жуткая история...