May 14th, 2013

Я в Крыму

Антон Понизовский. Обращение в слух

Всем рекомендовавшим к чтению - большое спасибо! В свою очередь рекомендую тем, кто ещё не.
Странное дело, но я почти не запомнила рассказываемых историй. Действительно, остаётся какое-то общее ощущение: трудная, несчастная, тяжёлая жизнь - что-то из того, о чём принято думать: "Не приведи Господи!" Из того, чего больше всего боишься в жизни: беды, немощь, страдания. Как хорошо говорится в самой книге: "Человек внезапно смертен — и длительно смертен, уродливо смертен и унизительно смертен". И первое, на самом-то деле, - счастье и большое везение, а вот второе...
Но я всё думаю о другом. А и правда: часто ли мы обращаемся в слух? Ведь чаще всего всё услышанное мы "перевариваем" в собственный опыт, примеряем на себя, пытаемся сравнить со своим, меряем своими ощущениями, подходим со своими критериями. А потому - слышим ли, Бог весть...
"А мы их не слышали. Мы их перебивали, пытались их интерпретировать, объяснять. Мы жалели их. А я теперь думаю: может быть, даже не надо сразу жалеть. Чуть попозже: жалеть, возмущаться, сочувствовать- но сначала услышать. Такими, как есть.
Это самое важное: не такими, как хочется, не придуманными - а такими, как есть. Просто слушать. Заставить себя замолчать
".
Дело ведь не в загадке русской души, как пишут в рецензиях. И не в рецепции Достоевского и/или Чехова/Фрейда, далее везде (возможен ли современный русский роман без всего пласта классической мировой литературы?)
Дело в том, как мы ощущаем себя и людей вокруг нас. Готовы ли мы услышать - чтобы понять и принять.
Вот только в Россию-то возвращаются практичные циники Белявские: он презрительно сплёвывает через губу: "Быдло!", она выразительно морщится только от слова "катетер".
А прекраснодушный мечтатель Федор, как и сам про себя говорит, проживает в Швейцарии, работает во Фрибурском университете, и окружающая его среда не допускает агрессии...
Как-то так, да...