April 1st, 2009

Я за работой

Редьярд Киплинг. Свет погас

При том, что я читаю художественную литературу почти постоянно, существует не так уж много произведений, которые я перечитывала. И, наверное, не более двух (от силы - трёх) десятков текстов я перечитывала более чем дважды. Только что - по дороге домой - в четвёртый, кажется, раз закончила читать любимый роман Редьярда Киплинга "Свет погас".
Впервые я его прочитала ещё студенткой, когда ходила на спецкурс Екатерины Юрьевны Гениевой по истории английской литературы ХХ века. Помню совершенно фантастическое ощущение полной потрясённости, подавленности: текст заканчивается, последняя страница перевёрнута, а перед глазами продолжают мелькать яркие, совершенно живые картины происходящего, а в ушах - свист пуль, крик раненого верблюда и последний бой Дика...
Дело не только в том, что это прекрасно написано, дело в том, что всё в этом романе удивительным образом настроено сответственно моей душе и моему восприятию. Кстати, не думаю, что "Свет погас" понравится многим женщинам. Самые сильные сцены в нём - это сцены женской слабости: Бесси, уничтожающая "Меланхолию", и Мэзи, жалобно хнычущая: "Я так презираю себя... право... я себя презираю, но я не могу... О, Дикки, милый, ведь ты не потребуешь от меня... не правда ли?"
Любовь не требует и приносит себя в жертву. "Королева не может быть не права". Даже если очевидно, что она не права.
Получается, что война справедливее и человечнее. Здесь помнят спустя годы (и, наверное, будут помнить и после смерти), а в якобы нормальном человеческом мире сразу забывают ещё живых. Здесь и только здесь может осуществиться судьба, может быть сделан правильный выбор, который иногда стоит жизни, но не внутренней целостности личности. И только здесь искусство обретает плоть и кровь, проникаясь опытом жизни и смерти, который невозможно постичь ни в одной мастерской.