November 7th, 2008

Улыбаясь

(no subject)

Гошку выписали домой. Диво дивное и чудо чудное: в больнице мы пролежали ровно каникулы, а с понедельника - в школу :-))).
Спасибо за молитвы и поддержку, друзья мои!!!
Теперь дело за отцом...
Улыбаясь

Питер Акройд. Лондонские сочинители

Прочитала с удовольствием. Конечно, прежде всего, - потому, что очень люблю "старую добрую Англию", а автор достаточно изящно и непринуждённо приглашает нас в Лондон XVIII столетия. А ещё - потому, что роман этот насквозь литературен. Сюжетные ситуации и реплики персонажей - "шекспироцентричны". Речь идёт о попытках сыграть, пересказать, фальсифицировать тексты Шекспира, а за всем этим становится почти физически ощутим культ Шекспира как ядро культа литературы. Герои живут Шекспиром и литературой, Шекспир для них - и мерило высшей ценности, и критерий мастерства, и эталон, к которому следует стремиться, и образец, с которым хочется потягаться (не всем, разумеется, а только самым дерзновенным). И любовь, и дружба, и семья, и болезнь - все формы человеческого общения, все смыслы человеческого существования поверяются Шекспиром. Узнав о том, что её возлюбленный - мистификатор, подделавший рукописи Шекспира, Мэри Лэм считает это предательством по отношению к ней, к их общей любви к Шекспиру, к их отношениям, никогда не простиравшимся дальше разговоров от Шекспире и поездок по шекспировским местам. А получивший письмо о страшной трагедии Лэмов друг семьи и тоже литератор Томас де Куинси, пережив целый ряд сильных эмоций, в конце концов восклицает (почти бессознательно): "Какой замечательный сюжет!"
В романе есть повседневная жизнь, убийство, сумасшествие, любовь, отцы и дети, реальные исторические лица, литературная мистификация и многое другое. И всё это соединяется в единое целое именно литературой. Литературой как образом жизни, как образом мысли, как смыслом и ядром бытия. Недаром всё глубже уходящий в старческое слабоумие мистер Лэм оказывается способным реагировать на события окружающей действительности только цитатами - из Библии и из Шекспира.